April 6th, 2009

Я

Гениально о ядерных отходах и "ярко-зелёных" =)

Дело в том, что атомные отходы - это вовсе не грязные тряпочки из старого рентгеновского кабинета и не мусор из-под реактора. Атомные отходы - это та самая кассета, тот ТВЭЛ, который отработал в реакторе свое, и теперь его надо куда-то девать. Конечно, его можно было бы закопать и забыть, но есть нюанс. С точки зрения реактора, ТВЭЛ стал отходом производства. А вот с точки зрения интересов страны, отход производства - это как раз сам реактор с его электростанцией.

Потому что он вовсе не цель, а лишь инструмент, который помог переработать урановый ТВЭЛ в плутониевый ТВЭЛ... Именно реактор атомной станции получает на входе уран, а на выходе дает “оружейный” плутоний - то ценное вещество, из которого собирается, во-первых, атомная бомба. А также много других вещей, полезных для науки и государственных интересов. Вынуть ценные материалы из отработанного и бешено фонящего ТВЭЛ - это и есть задача переработки атомных отходов. А вовсе не захоронение грязи, как думают малолетние экологи.

Во-первых, по всем международным конвенциям, страны, которые взяли у России “поиграть” ТВЭЛ, просто обязаны вернуть его обратно - строго по ведомости с серийным номером. Потому что если какой-нибудь Иран (да хоть бы и Болгария) решит пару российских ТВЭЛов оставить себе как сувенир, то все прекрасно понимают, что после этого в мире станет на одну ядерную державу больше. Поэтому все дровишки, которые Россия продает, она забирает назад. Точно так же поступают США и Франция. Но есть страны, которые производят топливо, но перерабатывать не умеют. У них есть выбор - похоронить или продать. У Франции вообще 40% дохода ядерной отрасли - от переработки отходов.

Поэтому когда в 2002 году Россия попробовала заикнуться о том, что тоже хочет вылезти на этот доходный мировой рынок, кое-кто очень хорошо оплатил нашим “зеленым” кампанию протеста. И очень хорошо и умело провел массовую истерику. В результате европейский рынок переработки остался в руках у Франции. А Россия по-прежнему перерабатывает свое, а также то, что дает “протопиться” другим странам по контракту и обязана забрать и переработать. Но вот с чужим работать России не дали. Хотя технология одна из лучших в мире.

Леонид КАГАНОВ



(с) Каганов
Я

Охти.

По примеру кума Родиона Данило отправился в странствие. Долго ли, коротко ли, а выходит Иван днем к роднику за водой - глядь, Данило по тропке шагает. Весь черный, глаза да зубы сверкают, довольный. Выпили с дороги чаю, рассказывает.

"Был, брат Иван, на Севере. Там большие горы. Стоят прямо в море, море все льдом полыхает. Во льду полыньи, в них нерпы живут, сторожат морское дно. На морском дне у них стоит Антарктида, там морское золото и воробьиный камень. Если кто этот камень настоит на теплой воде, то два года ничего не будет пить и начнет говорить по-птичьи.

Если от гор повернуть направо, то придешь в пустыню, за пустыней горелый лес. Там человеку делать нечего. А если налево идти, то сначала тоже пустыня, но немножко, а потом стоит электростанция. На электростанции в будке живет монтер, ну вот как мы с тобой, но совсем один. Он через это и говорит плохо, но если попривыкнет, то все понимает. Я у него пожил немного, а он меня учил, как строить машину".
"А что за машину, Данилушко?"
"А, - говорит, - самую главную на текущий момент машину. Называется Яблочная Машина Дарья".
Данило мешок развязывает и вынимает картонку, а там закорючки да буквочки. "Вот, брат Иван, всю монтерскую премудрость я тут для памяти обозначил, так что мы столы да верстаки не зря в сарае прилаживали. Построим и мы Яблочную Машину Дарья".
Сказано - сделано.

Висит над столом бумага с монтерской премудростью, лежат некоторые приспособления. Даниле - ему виднее, как Машину изготовлять, а по кустарной части Иван всегда поможет, если надо. Делается Яблочная Машина Дарья в сарае у Ивана с Данилой, а как дойдет до победного конца, то и мы с вами это дело заметим.

http://depo-club.ru/lib/book/i_and_d/4.htm

Турист покашливать начинает.

"А что, - говорит, - за служба у вас такая?"
"А такая, милок, и служба, что грибы чаем, орехи сохраняем, вояки травки в чай кладем, листочкам да корешкам счет ведем. Придет лось, расскажет, что вкривь, что вкось; прибежит белка, расскажет, где мелко. Прискачет мангуста, скажет - что-то в лесу пусто; выйдем на полянку, выкопаем ямку - было пусто, теперь станет густо. Подует ветер, расскажет, что есть на свете; журчит река, несет вести издалека. А мы кашу едим, друг на друга глядим, если где что не так - кидаем пятак, твой черед идти восстанавливать".
А Данило встанет: а еще, дескать, Яблочную Машину Дарья строим.

Глядят на туриста, а турист уж кривулем пошел. Какая-такая машина Дарья?

"Как же какая? Построим, будет себе работать. А работа у ней простая - что в мире не так, поправлять себе потихонечку. Да что говорить, вон в сарае стоит, выдь поглянь".